47-летний российский боец ММА Алексей Олейник подписал контракт с новым промоушеном Global Fight League (GFL), который в январе определит команды бойцов и формат соревнований. Изначально с лигой подписали соглашения 92 спортсмена, включая Олейника, но в организации рассказали о намерениях создать ростер из 300 бойцов. Понятно, что не все смогут принять участие в командном турнире.
В эксклюзивном интервью MMA.Metaratings.ru Алексей Олейник рассказал:
- на каких условиях подписал контракт с GFL;
- сравнил свои гонорары в новой лиге и в UFC;
- рассказал о травме, которая не позволила ему выступить на турнире Александра Шлеменко;
- объяснил, почему не проводит новых боев по правилам бокса;
- заявил, что немногие лиги в России потянут его гонорар;
- высказал претензии в адрес «Бойцовского клуба РЕН ТВ»;
- сообщил, что погасил свою налоговую задолженность еще до того, как о ней стало известно в СМИ.
«В моем контракте есть только сумма и дата первого боя»
– Алексей, лига GFL уже подписала контракты со многими бойцами. Есть ощущение, что не всем хватит места в командном турнире. Ваше участие в нем гарантировано или соглашение подразумевает иные условия?
– У меня есть контракт, по которому я выступлю в определенный месяц. Это апрель, все. Как правило, все контрактные обязательства в Америке выполняются. У меня не было иного опыта в этой стране. Есть разные нюансы, но контрактные обязательства четко выполнялись.
– Прописано ли минимальное или максимальное количество поединков?
– Контракт на шесть боев. Есть сумма и дата первого поединка. Дальше ничего нет.
– Контракт ограничен количеством боев, но не сроком – на год или два?
– Не ограничен. В моих и в интересах организаторов провести определенное количество боев.
«Получу меньше 1,4 млн долларов за бой»
– Поставили себе планку, сколько боев хотите провести за год?
– Нет. Не ставил. По своему опыту, чем больше ставишь планов, тем меньше их выполняешь. Чем меньше планов, тем выше вероятность выполнить ровно в поставленном виде.
– Иностранные коллеги рассказали, что несколько бойцов, включая Андрея Орловского и Джуниора дос Сантоса, заработают за один бой 1,4 миллиона долларов. И есть еще бойцы с таким гонораром. Вы в их число входите?
– Нет, у меня другой контракт. Пока я не могу назвать сумму своего гонорара. Сумма другая. И она не выходит на это значение. Поменьше. Я могу поинтересоваться у Андрея или Джуниора. Но зачем? Убедиться, что у них условия лучше? Или у меня?
– Если сравнить эти условия с теми, что вы получили при последнем разговоре с UFC, где они лучше?
«В этом контракте получше. Хотя за последний бой в UFC я получил 220 тысяч долларов вместе со всеми начислениями. Предпоследний – 350 тысяч»
«Перед боем на турнире Шлеменко разорвал мениск»
– 24 января пройдет драфт GFL. Известны ли вам какие-то его условия или подробности?
– Честно, я могу все это узнать, но мне это не интересно. У меня не было такой задачи и внутреннего желания. Все может поменяться. И суть одна. У меня будет всего один соперник, с которым я подерусь. Я должен подраться только с одним человеком. И до определенного времени я не буду знать его имени. А кто с кем? Какие страны? Какая мне разница?
– Известны ли вам хотя бы критерии победы одной из команд в турнире? Сколько боев, сколько побед или что-то иное.
– Нет, не знаю. Мне все равно: команда или не команда… Меня интересует я, мой соперник, мой гонорар и этот бой. Проходим в следующий круг, и мне интересно, что будет дальше в случае победы или поражения. Пока я не дерусь за команду претендентов или кого-то еще. Если от этого будет зависеть что-то, тогда я этим заинтересуюсь.
– В прошлом году, к моему удивлению, оказалось, что у вас была только одна возможность для поединка, но вы снялись с боя за шесть часов до старта турнира SFC. Что произошло?
«Травма. Разорвал мениск во время разминки перед боем. За всю жизнь и 27 лет карьеры я дважды слетал в день боя. Это был второй раз»
– Что сказали организаторы или сам Александр Шлеменко?
– Все были расстроены. У меня был со-главный поединок. Ничего не поделаешь. Мы поехали к доктору, полное обследование, пробовали уколоть, заморозить, что-то еще сделали. Но связка полностью рассыпалась. Не было возможности встать на колени.
«Получить пятилетнюю зарплату за один вечер – огромная мотивация»
– Годом ранее вы подписали контракт на пять боксерских поединков. Провели только один. Что с этой историей случилось?
– Ничего. Все в силе. Мы готовы. Организация не проводила больше боев. Как только они будут проводить, я готов выступать. Это не от меня зависит. Я готов работать дальше. Извиняюсь, вы сказали, что я не провел боев, но я же подрался с бразильцем…
– Фернандо Родригесом? Это было в декабре позапрошлого года на турнире RCC 17.
– Точно, чуть-чуть не успел.
– До травмы на вас выходили с предложениями? Допустим, Али Багаутинов говорил, что хочет видеть вас участником на турнире Wolnik.
«Мы пообщались. Я сказал, что с удовольствием увидимся и обсудим. Но случилось так, что кого-то из нас не оказалось в нужный момент в Москве. В итоге не пообщались. У меня нет болезненного желания найти себе поединок. Поступит достойное предложение, я буду к нему открыт»
– Финансового голода нет без боев? Это же главный мотиватор любого спортсмена.
– Может не всех. Большинства, да. За один вечер получить двух- или трехлетнюю зарплату в обычном режиме. Может, пятилетнюю. Пять лет ежемесячно получать такую сумму (Олейник показывает пальцами небольшую стопку денег) или столько (Олейник раздвигает руки по вертикали и горизонтали) за один вечер всю пятилетнюю сумму. Это огромная мотивация.
Уверен, что подавляющее число людей, которые зарабатывают 100 тысяч рублей, и которым предложат заработать 15 миллионов, согласится на очень многое, и не важно связано это со спортом или нет.
«Две-три лиги в России могут позволить себе мой гонорар»
– Контракт с GFL эксклюзивный?
– Нет. Мой контракт является открытым. Я могу выступать в других местах по согласованию с лигой, если мероприятия не пересекаются в течение одного месяца.
– Поступали ли предложения из России за последние два месяца до подписания контракта с GFL?
– Были разговоры, но с людьми, которые общаются с представителями лиг: «Давай, поговорим с этими, чтобы тебя подписали». И отвечал: «Тут я выступать не хочу, а в этой лиге с удовольствием». Таких разговора было примерно три с разными людьми, которые общались с собственниками или значительными деятелями.
«Давайте по-честному. Меня могут позволить очень немногие лиги в России. Я стою определенных денег. Давайте фантазировать. Не может каждая компания или ИП пригласить Леонида Агутина на свой корпоратив. У него есть своя цена. Я не работаю по принципу: «Это «Газпром», я назову эту сумму, а для ООО «Иванов» – 150 рублей». У меня есть единая цена для «Газпрома» и ООО «Иванов». Заплатить мой гонорар могут две-три лиги в России»
– Думаю, что в России позволить себе вас могут ACA и RCC. На этом все. Но что-то мне подсказывает, что в Wolnik у вас были бы другие условия.
– Это же борьба. Я к ней спокойно отношусь, по родному. Для меня это как хорошая сильная тренировка. Там нет боя. Конечно, я могу там выступить за кратно другие суммы. Не 10-20 процентов, а именно кратно. Это совсем другое. Недавно выступил на шоу, и оно скоро должно выйти в эфир. Для меня это была игра, шутка и так далее. Был мизерный гонорар. Но это было для интереса, проверки себя…
Извините, но и бокс был примерно что-то такое. Не моя стихия. Я очень сильно расстроюсь, если проиграю в борьбе досрочно. По очкам я могу проиграть, но забороть меня сложнее. Безумно расстроюсь. То же самое с боями (в ММА). Но я не сильно расстроюсь в боксе. Я не боксер, я проверяю себя. Поражение не будет для меня страшным. В других непрофильных для меня видах спорта тоже.
«На РЕН ТВ некрасиво и грязно предложили пересмотреть гонорар»
– Вы выступали и на РЕН ТВ. На сколько боев был рассчитан контракт? И не предлагали ли закрыть историю с Оли Томпсоном?
– Контракт был рассчитан на четыре поединка. У нас были определенные условия. С первого поединка очень многие условия были нарушены. Начиная с правил и заканчивая порядком выступлений.
– Это как раз бой с Томпсоном?
«Да. Потом было предложение не на тех условиях, на которые мы договаривались по контракту. Откровенно издевательство. «Ты же там проиграл, ты же на боксе за другие деньги выступал. Давай мы тебе уменьшим в три раза сумму». Это было некрасиво и грязно предложено. Мы отказались и с тех пор переговоров не было ни с чьей стороны, хотя есть контракт на четыре поединка с определенными условиями. Но условия не выполнялись»
– И была новость про ваш налоговый долг. Чем завершилась история?
– А кому она интересна? Есть недоброжелатели, которые что-то находят: кто проехал на красный свет, кто напился или подрался. У Олейника нашелся долг. Извините, я несколько лет был в Штатах. Я продавал квартиру и не знал, что у меня образовалась задолженность. Большая, 2,1 миллиона рублей. Я приехал и оказалось, что пени уже год идут по задолженности.
Я собирал деньги, зарабатывал и в течение года долг закрыл. Кто высунул историю наружу? Зачем? Я недостаточно хайповый, меня нет на желтых страницах в регулярной сводке.
У каждого человека что-то найдется. Кто-то выпивает, а кто-то не пьет, но играет в карты таро. Я утрирую, но может быть все, что угодно. За 25 лет нашли у Олейника невыплаченный налог, который висел восемь-десять месяцев. Я его закрыл за четыре-пять месяцев, потому что сумма была для меня большой. Потом какой-то подлец вынул историю наружу.
